Мое вооружение — прекрасный винчестер и пара шестизарядников с костяными рукоятками, только один из которых лежал в кобуре и на виду. На поясе висел охотничий нож, а сзади на шее в специальном чехле — метательный, оба сделаны Жестянщиком.

Эти двое были зелеными новичками. Хотя невзгоды путешествия и отразились уже на их фургоне, выглядел он почти новым, к тому же они были слишком хорошо одеты.

Я закинул ногу за луку седла, опустил на колено дуло винчестера, который смотрел на молодых людей, и начал сворачивать самокрутку.

— Куда-нибудь едете, — спросил я, — или вам нравится здесь?

— Извините, — сказал юноша, — боюсь, мы произвели не то впечатление.

— И заимели не тех друзей. Например, мужчину, который увел ваших лошадей.

— Что вы об этом знаете?

— Ну, можно предположить, что вы не сами тянули этот фургон, а теперь у вас нет ни одного тяглового животного.

— Их могли украсть индейцы.

— Едва ли. Они прихватили бы и ваши скальпы. Нет, это сделал кто-то из вашей команды, он решил оставить вас сушиться здесь на скалах. Стало быть, замыслили меня убить и уехать на моем коне?

— Мы думали, вы индеец! — без стеснения ляпнула девушка.

И кретину за милю было ясно, что я не индеец, однако меня поразила не ложь, а та обыденность, с которой они собирались убить незнакомого человека. Им не пришло в голову попросить меня подъехать и помочь, они просто собирались меня убить. Парень устроился в засаде. Если бы я приблизился к фургону, когда девушка мне махала, то сейчас лежал бы уже мертвым, а они на моем коне отправились бы отсюда прочь.

Я держался настороже, но мне было любопытно, что привело их сюда. Кто они и откуда? Куда направлялись? И почему тот, кто с ними ехал, бросил их, забрав всех лошадей?